Очевидно, свободолюбие - понятие сложное и комплексное; попробуем найти и выделить внутри него основные смысловые составляющие.

Во-первых и прежде всего, свободолюбие немыслимо без стремления к свободе личной, свободе своих действий и образа жизни. И хотя не следует отождествлять всё свободолюбие лишь с этим стремлением, но то, что будучи несвободным лично, человек не может в полной мере бороться за другие, более метафизически сложные формы свободы (то есть, то, что эта форма является базовой), сомнению не подлежит.

Однако, при том личная свобода никак не пересекается с вопросом, что при этом происходит со свободой окружающих. Человек, для которого на первом месте именно эта форма свободы, стремится лишь избавиться от любых ограничений и неприятных для него договорённостей с окружением. То, что при этом его действия могут наносить кому-то ущерб и оборачиваться проблемами для других, его не особо интересует. Так что окружающим обществом человек, который понимает свободу именно так, может восприниматься как стремящийся к вседозволенности.

Назовём это "свободой для себя".

Во-вторых, любовь к свободе может подразумевать, что человек не желает контролировать своё окружение, не хочет навязывать другим что-либо против их воли.

Да, такое поведение может быть не только следствием личного альтруизма и сознательного уважения к чужой свободе. Оно может быть также отчасти связано и с низкой стрессоустойчивостью личности, и потому смыкаться с излишней мягкостью и боязливостью, или, как вариант, с ленью и пассивностью, нежеланием отвечать за свои поступки, стремлением переложить ответственность на чужие плечи, а самому занять более лёгкую позицию ведомого. Однако важно ли это настолько, если итоговый результат всё равно будет один - охотное предоставление окружающим свободы?

Также следует помнить, что если окружающие достаточно эгоистичны и активны в своём эгоизме, то результатом того, что у человека преобладает именно это понимание свободы, может стать ущемление его собственных интересов.

В любом случае, назовём это "свободой для других".

Как уже стало понятно из сказанного выше, интересы разных людей часто входят в противоречие друг с другом. В итоге либо человек осознаёт, что его свобода заканчивается там, где начинается свобода другого, либо этого не происходит, и возникает прямой конфликт интересов. Для разрешения возникающих конфликтов общество издавна организовывалось и создавало коллективные институты, регулирующие деятельность его членов. Однако, проблему достижения свободы это не решило, но лишь перевело её на иной уровень.

Создаваемые изначально ради защиты прав и свобод членов исходной общины, такие институты незамедлительно начинали активно подавлять свободу людей окружающих, не столь хорошо организованных общин. А в ряде случае, когда власть над институтом захватывал тиран или группа эгоистических собственников - обращали свои инструменты и против несогласных с их деятельностью членов родного общества.

Борьба против чрезмерного усиления регулирующих деятельность общества институтов со временем стала важна настолько, что её следует выделить и определить как отдельный вид стремления к свободе.

Назовём этот вид "свободой для всех".

Итак, что мы наблюдаем в соционических профилях всех трёх видов свободолюбия?

"Свобода для себя" (на приложенных ниже изображениях - кластер А) в той или иной мере является ценностью для всех соционических иррационалов. Тогда как рационалы, будучи более социально нормативны, склонны в той или иной мере отказываться от неё и идти на добровольное самоограничение - ради коллективного блага (с которым они ассоциируют своё личное). Планирование своего времени, которое чаще всего и принято соотносить с полюсом рациональности, при этом является наиболее простой и важной формой самоограничения - так как оно повышает предсказуемость человека для его окружения за счёт снижения его личной свободы действий.

Из других факторов, оказывающих значительное влияние на этот тип свободолюбия, назовём экстраверсию (экстраверты более деятельны и потому требуют больше свободы, чтобы иметь возможность действовать), интуицию (интуиты видят больше возможностей, ограничения больше тяготят их) и демократизм (соционические демократы более индивидуалистичны). В типном профиле лидируют три гибко-разворотливых типа - ИЛЭ, ИЭЭ и СЭЭ, а наиболее терпимы к ограничениям своей свободы рациональные сенсорики с болевой ЧИ - ЛСИ и ЭСИ, а также дуальная пара ЛСЭ и ЭИИ.

Стремление к "свободе для других" (кластер Б) - в отличие от "свободы для себя" (А) - индифферентно к вертности субъекта, а фактор иррациональности здесь проявляется более слабо (видимо - лишь как некоторая пофигистичность, порождающая попустительское отношение к происходящему вокруг). Зато гораздо более выражено влияние интуиции и демократизма, то есть принадлежности к научно-исследовательскому клубу. Почему? Видимо, потому что поиск объективного знания невозможен без постоянной критики независимыми исследователями действий друг друга, без наличия некоторого базового разнообразия точек зрения, порождающего конкуренцию, отсев неверных предположений и рождение новых идей. Напротив, практические продукты деятельности клуба управленцев практически всегда являются плодом согласованного труда группы людей, и без единомыслия внутри этой группы ничего не получится. И на коллективной охоте, и на войне, и при строительстве чего-то крупного все должны действовать согласованно, поэтому излишняя свобода в такие моменты только вредит, и те группы, которые подавляют в такие моменты её в своих членах, достигают большего успеха.

Также значительный вклад в готовность давать другим свободу даёт ещё и рассудительность - как следствие того, что в периферийных квадрах менее склонны видеть в окружающих конкурентов, и, соответственно, желание подавлять их как возможных соперников также выражено много слабее.

В типном профиле готовности давать свободу лидируют обладатели программной ЧИ, следом идут интроверты - творческие ЧИ, программные БИ и программные БС.

Наиболее строгие контролеры, нетерпимые к свободе окружающих - обладатели в тенденции наиболее слабой ЧИ - ЛСИ (особенно), ЭСИ, ЛСЭ, СЛЭ.

Соционический профиль стремления к "свободе для всех" (кластер В) сильно похож на профиль готовности давать свободу другим (Б).

Из видимых с первого взгляда различий - ещё больший вклад соционического демократизма и квестимности, а также появившееся впервые влияние ещё одного квадрового признака - серьёзности. Чем всё это можно объяснить?

Свобода для всех подразумевает, во-первых, резкое отрицание ценностей вертикальной иерархической организации общества.

Если такая организация возникает, то почти обязательно начинает подавлять интересы одних социальных групп в пользу других, низших в иерархии - в пользу высших. Люди, ориентированные на участие в подобных иерархиях, чаще выступают против предоставления всем равных прав. Почему? Во-первых, потому что дорожат достигнутыми привилегиями (и не хотят делиться ими с разными "простолюдинами" со стороны). И, во-вторых, так как не хотят смены своего начальства и тем самым нарушения уже привычного и комфортного для себя способа добычи жизненных ресурсов (основанного на лояльности к высшему в иерархии).

И то, и другое более всего связано с признаком соционической аристократии: первое - больше с силой аристократической квестимной функции ЧК, второе - деклатимной БД.

Вклад квестимности (из-за чего БД отвергает "свободу для всех" даже несколько более, чем ЧК) при этом можно связать с тем, что позиция квестима - бегство прочь от нормы, тогда как деклатимы напротив, к норме стремятся. Бегство прочь всегда даёт более широкую область возможного, а стало быть, и большую свободу (но также и требует большей свободы, чтобы изначально отвязаться и выйти из-под контроля конформистского ядра общества).

Наконец, поскольку стремление к "свободе для всех" означает прежде всего борьбу за право частной жизни, её защиту от вторжения "сверху" глобалистски настроенных структур и идеологий, мы обнаруживаем в этой форме свободолюбия вклад серьёзности. И напротив, соционически весёлые субъекты стремятся к унификации всей общественной жизни по лекалам своей идеологии, им чаще чужда позиция вроде той, что "все по-своему, да правы". Там, где локальная ЧЛ в чужие дела не лезет, а блюдет лишь свою частную прибыль, БЛ с её требованием глобального контроля над имеющимся материалом, не допускает существования сразу множества локальных "правд". Распространяемый посредством ЧЭ-пропаганды, БЛ-порядок более нетерпим к наличию на своей территории всяких "неправильных", живущих не по его стандартам субъектов, и при наличии возможности спешит как-то да вписать их в себя - что очень часто чревато утратой этими субъектами части своей личной свободы.

В типном профиле стремления к "свободе для всех" ещё более контрастно выделяется тип ЛСИ, как максимально чуждый подобного стремления, и потому составляющий основу любых режимов полицейского, бюрократически-тоталитарного типа. (Следует отметить, что за счёт сплочённости своих рядов, опирающиеся на тип ЛСИ социальные структуры даже умудряются создавать и поддерживать режимы всеобщей несвободы в странах, где подавляющее большинство остального населения желает жить в более свободной социальной среде.)

Аккомпанируют ЛСИ в вопросах закрепощения общества чаще среднего люди таких типов, как СЛЭ, ЭИЭ и ЭСИ. Противостоят этому прежде всего ИЛЭ, ЛИИ, ИЭЭ, ИЛИ и ряд других типов (хотя, при том ни один из них по отдельности не является столь же непримиримым борцом за глобальное освобождение от сверхконтроля государства, как ЛСИ является борцом за глобальное закрепощение).

Объединённый соционический профиль свободолюбия мы получили, объединив и усреднив профили трёх его рассмотренных выше составляющих.

Из восьми наиболее свободолюбивых типов 7 являются иррационалами (лишь ЛИИ замещает в этом списке СЛЭ), причём наиболее сильно свободолюбие связано с силой ЧИ, и, соответственно, программные ЧИ опережают по этому качеству остальные типы. Среди наименее ценящих свободу и чаще стремящихся её ограничить, лидирует ЛСИ, следом идут рациональные сенсорики (альфиец ЭСЭ несколько меньше обнаруживает в себе подобные тенденции, но средний представитель и этого типа также в каждом из трёх обсуждаемых выше кластеров обнаруживал в себе свободолюбие ниже среднего). Затем следуют два экстраверта из Беты и ЭИИ. В функциональном профиле против свободы играют прежде всего ригидно-конформистская БД и властолюбивая ЧС; вклад стандартизирующей БЛ и элитаристской ЧК заметно меньше. За свободу, помимо нацеленной на исследование мира ЧИ, выступают также оберегающая своё личное время БИ, дистанцирующаяся от толпы БК, и, отчасти даже БС (видимо, благодаря тому, что несвобода обычно приносит людям больше неприятностей).

На днях мы разбирали соционическую природу свободолюбия, определив это личностное качество через сумму трёх его составляющих - стремления к свободе для себя, для других и для общества в целом. Сегодня предлагаю продолжить и в этот раз сконцентрироваться не на том общем, что объединяет эти три кластера личностных свойств, а на различиях между ними.

Приведённые ниже соционически профили были получены посредством расчёта попарной разности между профилями кластеров: А и Б, А и В, Б и В, и нормализации полученных результатов. Под приведёнными ниже профилями везде приложены списком те анкетные вопросы, соционические типные профили ответов на которые обнаруживают наибольшую корреляцию (в её абсолютном значении) с профилем рассматриваемого свойства личности.

Разность между соционическими профилями А и Б эквивалентна балансу между требованием свободы для себя и готовностью давать её окружающим. То есть, перед нами - баланс эгоистических и альтруистических намерений личности, или, точнее, та часть этого баланса, что связана с тематикой свободы.

Как видите, неожиданно, соционический профиль этого свойства предельно прост, и, по сути, сводится, к силе одной-единственной соционической функции - силовой сенсорики, ЧС. В типном профиле лидируют обладатели программной ЧС - именно они, среди прочего, склонны считать свою личную свободу важнее свободы окружающих (и вообще, удовлетоврение любых своих потребностей важнее, чем удволетворение потебностей окружающих). В минусе находятся обладатели болевой ЧС, чьё желание не ущемлять свободу других даже больше, чем готовность отстаивать свою свободу. Все прочие социотипы по этому свойству мало отличаются от среднестатистического уровня.

Разность между соционическими профилями А и В может быть определена как разница между желанием личной свободы и требовательностью к свободе для всех. По сути, речь идёт о готовности искать личную свободу даже в ситуации, когда остальное общество остаётся несвободным. И здесь возможны нюансы. В одном случае (1), свобода индивида может достигаться за счёт его непосредственного участия в институтах власти, закрепощающих остальное общество. В другом случае (2), индивид просто ищет более простой путь к личному освобождению, игнорируя проблемы остальных людей из соображений пофигистического равнодушия.

Профиль разности между соционическими профилями А и В похож на предыдущий в силу похожести самих профилей готовности давать свободу другим и всем в целом (Б и В). Однако есть и различия. Среди важнейших отмечу относительно бОльший вклад иррациональности, а также бетанских ценностей - весёлости и аристократизма. В типном профиле лидируют все 4 социотипа из Беты, а также обладатели болевой БЛ, в минусе - рационалы всех квадр, кроме Беты. Как это можно объяснить?

Полагаю, что лидерство Беты отражает базовую программу этой квадры - создать и возглавить такую общественную иерархию, которая, выступая от имени общества в целом, будет присваивать и концентрировать в руках правящей страты все производимые этим обществом излишки. То есть, перед нами вариант (1) из описанных выше. С другой стороны, более высокие показатели у иррационалов всех квадр - в сравнении с рационалами тех же квадр - могут быть объяснены вариантом (2). Так, иррациональный приоритет личного выживания и благополучия над коллективным порождает стратегию поведения, когда индивид готов искать всевозможные лазейки, чтобы, дистанцируясь от власти или играя на её внутренних противоречиях, в итоге стать лично свободным и тем самореализоваться в несвободном обществе.

Но наиболее интересный профиль, на наш взгляд, получается, если рассматривать разницу кластеров В и Б - то есть стремления к свободе для всех и готовности давать свободу окружающим. Что за свойство при этом мы наблюдаем?

Автор полагает, что здесь речь идёт о вопросе контроля над ближайшим окружением индивида. Чем меньше значение Б, тем больше индивид желает самостоятельно контролировать и ограничивать своё окружение, а чем меньше В, тем больше прав в этом вопросе он признаёт за органами централизованной власти.

В случае, если -Б>-В (или, что то же самое, В>Б), желание лично контролировать ситуацию перевешивает над готовностью делегировать контроль сторонней, стоящей над ситуацией социальной структуре. Если же, напротив, В<Б, то индивид охотно делегирует этот контроль другим, а сам устраняется из каких-то соображений.

В типном профиле прежде всего бросается в глаза огромный вклад в данное комплексное свойство глубоко третьестепенного в большинстве случаев соционического признака - предусмотрительности. Следом идёт вклад серьёзности, демократизма, экстраверсии и иных признаков. В типном профиле лидируют предусмотрительные экстраверты нисходящих квадр. Также в Гамме много чаще стремятся контролировать всё лично, а в Бете, напротив, предпочитают делегировать эту функцию власти (исключение -СЛЭ). Делегировать предпочитают и периферийные иррационалы - по крайней мере, чаще, чем рационалы тех же квадр (исключая ЭИИ).

Да, следует заметить, профили Б и В сильно схожи, поэтому профиль их разности невысок, и можно предположить наличие в нём значительной доли случайного шума (особенно, если учесть, что и Б, и В, были составлены на относительно небольшом количестве конкретных анкетных вопросов). Однако, получившиеся результаты выглядят более чем правдоподобно, если начать рассматривать, с какими конкретными свойствами связано предпочтение личного контроля над общественным. Здесь мы наблюдем прежде всего, интерес к тематике денег (а это универсальный инструмент, позволяющий что-либо делать в этом мире, не апеллируя к власти как таковой). Также здесь присутствуют утверждения, связанные с неприятием любого внешнего контроля (4,10,12,20), с индивидуальной проницательностью к другим людям, желанием их более-ли-менее косвенно проверять и контролировать, не доверяя формальным, обезличенным процедурам (2,3,17,18) и т.д.

Итак, почему предусмотрительность так важна?

Желание контролировать своё окружение самому - есть следствие понимания, что от этого окружения может исходить угроза, то есть перед нами проблема, касающаяся высококонкурентных функций ЧС и БИ. Однако, предусмотрительность - это прежде всего и есть инертность ЧС и БИ. Любая инертность всегда означает некоторую зацикленность, меньшую сговорчивость и не готовность к компромиссам. Поэтому сторонний контроль над своим окружением человек с инертными ЧС и БИ и отвергает - так как сам зациклен на угрозах и не доверят другим решать за него, что опасно, а что нет.

Обладатель контактных ЧС и БИ, напротив, меньше зациклен на угрозах, исходящих от ближнего круга, они чаще выпадают из его поля зрения. Для него куда важнее вопросы БС и ЧИ - то есть сотрудничества с внешними агентами (следует ли сотрудничать, обмениваться ресурсами и информацией с людьми вне сообщества или нет). Однако внешних агентов сам индивид контролировать не может, они вне зоны его досягаемости. Вот и получается, что беспечный, с инертными БС и ЧИ более настроен делегировать контроль над внешними агентами государству - также являющемуся внешним агентом, только "своим".

Вклад остальных признаков значительно более понятен и особо разбора не требует. Серьёзность присутствует в профиле, так как отрицание контроля структур, стоящих над ситуацией, означает в значительной мере и отсутствие любых глобальных структур и идеологий (БЛ+ЧЭ). Демократизм - так как контролирующие структуры власти обычно являются иерархическими, а не сетевыми. Экстраверсия - так как более активный субъект обнаруживает в себе больше энергии, чтобы контролировать своё окружение. Негативизм - потому что желание контролировать всё самостоятельно может быть отчасти и признаком глобального недоверия к любым посторонним структурам, ожидания от внешнего мира лишь неприятностей.