В чём смысл этой функции?
Казалось бы, что может быть бесполезнее в плане выживания, чем застенчивость, робость, неуверенность в своём праве на реализацию собственных желаний?
С одной стороны, если смотреть на мир с позиции отдельного индивида, то и правда, совершенно не нужная и вредная вещь - те самые комплексы, от которых обычно все призывают избавляться.
Однако, помимо индивидуального отбора в природе существует её и групповой. И здесь творческая ЧИ является важнейшим атрибутом - потому что именно она главный ограничитель бесконтрольного, вызванного личным эгоизмом, насилия в популяции.
Анти-ЧС, если рассматривать это в качестве отдельного аспекта, в какой-то мере присутствует в каждом индивиде.
Когда мы видим за витриной магазина дорогую вещь, которой нам хочется обладать, и не разбиваем тут же эту витрину, чтобы её украсть - это анти-ЧС. Когда мы видим кого-то, напоминающего желанного сексуального партнёра, и при том не способного оказать физического сопротивления, и не насилуем тут же - это тоже анти ЧС. Когда не пытаемся зарезать соперника за лучшее кресло в компании, хотя и нож, и возможность сделать это имеется - это тоже она.
Да, всегда есть соблазн объяснить наличие подобного внутреннего ограничителя страхом попасться и быть наказанным физически. Но предполагая подобное, мы ведём речь о изначально высокоагрессивной среде, в которой основным ограничителем является уже не анти-ЧС, а анти-ЧИ. Не внутреннее убеждение, что так нельзя поступать, не голос совести, а внешняя физическая преграда - забор или дубинка полицейского.
Когда же среда низкоагрессивна - то есть вокруг не другие злые люди, а природа, то анти-ЧС становится незаменима. В ситуации, когда ресурсы надо долго собирать с обширных территорий, прибегая к ЧИ-смекалке в их поиске и БС-рутинному труду, лишняя ЧС лишь отнимает силы и время на стычки за продукт, которого так мало, что даже у победителя награда будет недостаточной, чтобы возместить затраченные на победу усилия. В такой ситуации ЧС становится неподъёмным грузом для популяции, и естественный отбор начинает работать уже против неё.
Таким образом, ЧС растёт везде, где есть средоточие продуктов высокого передела, обладание которыми покрывает издержки по их добыче и охране от конкурентов (например, недееспособный миллионер, шикарный особняк, крупный порт или нефтяное месторождение мирового уровня), и падает, где таких продуктов нет. Помимо этого, она также растёт в условиях нарастающего дефицита ресурсов, вызванного любыми внешними и внутренними причинами, и падает в ситуации относительного изобилия. Наконец, как и всякая функция, ЧС имеет некоторый разброс по свое силе в популяции (причём, вероятно, именно у ЧС этот разброс максимален среди всех функций).
Да, те индивиды и общества, у которых ЧС сильна, при столкновении будут растаптывать интересы тех, у кого она слаба, убивать их прямо или косвенно или порабощать. Так всегда было, есть, и, увы, всегда будет. Однако, те сообщества, у кого ЧС однажды оказалась избыточна в данных конкретных условиях, и при этом возможности для грабежа соседей и своего населения исчерпаны, начинают хиреть, превращаясь в бандитские клоаки, где все жрут друг друга как пауки в банке. Те же, в которых она относительно снижена, и при этом удаётся избежать контакта с более агрессивными соседями, напротив, испытывают бурный рост за счёт кумулятивного эффекта накопленного свободного общественного блага. То же касается и отдельных людей - бандиту нужны жертвы, потому что без них он проигрывает тем, кто привык трудиться, развиваться и делать что-то нужное для других.
Таким образом, всё, что мы наблюдаем вокруг как сильная ЧС, является продуктом чьей-то успешной победы в конфликтах в прошлом, а то, что наблюдаем как слабая - результатом чьего-то успешного избегания конфликтов. И что случится в будущем, куда сдвинется общий баланс ЧС в популяции зависит лишь от того, как много в ней будет тлеющих и ярко горящих конфликтов.
Стратегий по избеганию конфликтов всего две - убежать или спрятаться. Собственно, поэтому и у рассудительной части человечества, чтобы не стать жертвой властной пирамиды чёрносенсорных хищников, есть только два пути. Либо научно-технический прогресс с созданием всё новых и новых экологических и профессиональных ниш, до которых ещё не успели дотянуться агрессоры-собственники (стратегия "убежать", привет Альфе) или закукливание в традиционных границах со всеобщим замирением даже в ущерб правде и личной свободе ("политкорректность"), и повсеместным развитием технологий "устойчивого развития" (стратегия "спрятаться в домик", привет Дельте). Если же и то, и другое провалится, и в мире возобладают сообщества-хищники, наподобие того, в которым мы здесь и сейчас живём - всеобщее ожесточение продолжится, вплоть до новой мировой войны.
Итак, что такое болевая ЧС? Это те сообщества и индивиды, что являются потомками изолятов, избегавших конкуренции наиболее длительное время ("бежавших" или "прятавшихся в домике" дольше всех). Специализация зашла так далеко, что и дальше им остаётся только убегать на самую дальнюю периферию общества, иначе никак. Причём делать это придётся скорее всего в одиночку, потому что мало что в человеческой жизни настолько требует высококонкурентных качеств, как борьба за возможность иметь сексуальные и брачные отношения.
В итоге ярко выраженная болевая ЧС редко размножается сама, порой лишь создаёт среду, благоприятную для размножения тех, у кого ЧС также слаба, но всё же не настолько, и уже те, за счёт слабых статистических эффектов (а также большего чадолюбия рассудительных, но сенсориков) таки распространяют анти-ЧС гены в популяции.
Видеоклипы на тему творческой ЧИ (болевой ЧС):
сочетание болевой ЧС с БД, и, скорее, БЭ
сочетание болевой ЧС с БК, и, скорее, БЛ
сочетание болевой ЧС с творческой ЧЭ
тематика болевой ЧС в исполнении, возможно, ИЭИ